На прошлой неделе в газете в «Высокий замок» появилась статья корифея львовской криминальной журналистики Омара Узарашвили под названием Лінійну міліцію Львівщини очолила «жертва Помаранчевої революції». В этой, явно заказной, статье Краб (это погоняло журналиста принятое в милицейской среде) вылил ушат грязи на милицейского генерала Михаила Петровича Янковского, который в данный момент исполняет обязанности начальника линейного управления на Львовской железной дороге. Вначале статьи журналист напоминает читателям о перипетиях служебной карьеры генерала. Далее Узарашвили описывает произвол, который учинил Янковский, после назначения на вышеназванную должность в сентябре этого года.
Я длительное время работал во Львовском УВД на транспорте, так называлось эта структура, когда я пришел туда на работу, позднее, в годы независимости она неоднократно меняла свои названия (видно нашему министерству было некуда девать деньги, как только заказывать новые печати и таблички) и кое-что знаю о разных течениях, которые одних людей выдвигают на высшие должности, а других отставляют в стороне.
Как всегда бывает с маститыми журналистами, Краб не очень заботится о точности повествования. Так, описывая «головокружительную» карьеру генерала Янковского он пишет : «Пан Янковський шлях до карколомної кар’єри розпочав з посади начальника Трускавецького міськвідділу міліції. Служити у престижному курортному містечку, яке відвідують вищі чини держави, було не лише престижно, а й вигідно для кар’єри. Бо одразу з цієї посади Михайло Янковський у 1997 році перескочив у крісло начальника обласного управління міліції.» Хочу заметить, что в 1996 году, тогда ещё полковник милиции Янковский был назначен на должность начальника УМВС Украины на Львовской железной дороге, т.е. на ту самую должность, которую он занимает сейчас. Коллективу управления Янковского представил первый заместитель министра внутренних дел генерал-полковник Леонид Бородич, который трагически погиб в день исчезновения Георгия Гонгадзе. По управлению в то время ходили слухи, что Янковский чем-то очень угодил супруге тогдашнего президента Украины Кучмы, во время отдыха последнего в Трускавце. Так это или нет утверждать не берусь, но новый начальник тогда пришелся ко двору. Уравновешенный, толковый руководитель. Когда, менее чем через год, Яновского усадили в кресло начальника УВД области, коллектив приуныл.
Далее карьера у господина Янковского не задалась, всё же объём работы, т.е уровень преступности в области на несколько порядков больше, чем в транспортном управлении. Помню, как-то на встрече с коллективом Янковский говорил о большом количестве «жутких» преступлений. Напомню, что именно тогда в городе шёл целенаправленный отстрел уголовных лидеров. Завиня, Помидор, Химик, Артур, все уже и не помню. Плюс ко всему в территориальной милиции имеются очень устойчивые связи руководителей. Думаю, что Михаил Петрович неоднократно пожалел о покинутом спокойном транспортном управлении.
Но срыв в карьере Янковского был положен не развалом работы криминальной милиции, а тем, что буквально через несколько дней после назначения на должность во львовском парке культуры во время митинга левых (в основном социалистов), на них напали наши нацики и устроили небольшое побоище. В результате оппозиция в парламенте, ядром которой в то время были именно социалисты, потребовали примерного наказания виновных. Янковскому за это с ходу был объявлен выговор, хотя согласно общему правилу вновь назначенного руководителя сначала полагается предупредить. После в город приехала комиссия Верховного Совета и устроила «разбор полётов». Узарашвили об этом пишет: «Зняттю з посади Янковського передувала робота на Львівщині комісії Комітету Верховної Ради України з питань законодавчого забезпечення правоохоронної діяльності, боротьби з оргзлочинністю та корупцією. “На свій подив, — згадував один з членів комісії Володимир Альонкін, - ми відчули, що втрутилися в монополію певних осіб, які робили все, щоб саботувати виїзне засідання Комітету Верховної Ради у Львові”. Та засідання таки відбулося, і на ньому роботу правоохоронних органів Львівщини у боротьбі з корупцію та організованою злочинністю визнали незадовільною. Виступаючи тоді на виїзному засіданні, голова Комітету Верховної Ради Іван Білас обурювався тим, що більшість офіцерів міліції стояли на квартирних чергах по 10-15 років, а керівники обласного управління міліції, казав Білас, “із блискавичною швидкістю отримують у Львові (переважно незаконно) квартири не менш ніж із чотирьох кімнат і за кошти комерційних структур проводять капітальні ремонти”. “Подібним шляхом, - зауважив керівник комітету, - пішов і Михайло Янковський. До своєї квартири він прилаштував навіть окремий ліфт...”.» Всё это так, спорить не буду, но всё перечисленное не причина для смены руководства области. Таких причин у нас стране может быть только две: необходимость освободить место для нужного человека или препятствования незаконному бизнесу «крутых» политиков.
После снятия с должности начальника областного УВД Янковский, как это упоминает Краб, некоторое время проработал во Львовском институте внутренних дел, а потом и вовсе уволился на пенсию. Пенсия у него составила (по слухам) 270 гривен, что даже для того времени для генерала очень мало. Причиной увольнения стало предложение, от которого отказаться было невозможно. Ведь зарплата заместителя начальника Львовской железной дороги по кадрам на порядок выше, чем у милицейского генерала. О том, что эта должность позволяла ему что-либо нажить сверх зарплаты, я не верю. В те годы все денежные потоки ж.д. были сосредоточены в руках одного человека – начальника дороги (думаю, что и сейчас так). Приём на работу всех работников железной дороги тоже проходил исключительно через начальника. Должность начальника кадров не позволяла развернуться. Поэтому описанные в статье Узарашвили случаи различных нарушений на Львовской ж.д., иначе, чем враньём считать нельзя.
Далее журналист не совсем конкретно пишет: «Михайло Янковський у страшний для залізничного чиновництва час викривань вже не мав до колійових справ жодного відношення, бо знову поновився в міліції. Незабаром він був призначений на генеральську посаду в управлінні лінійної міліції МВС. А коли міністром став Цушко, розповідають апаратники, дуже полюбив повторювати фразу: “Я жертва Помаранчевої революції...”.»
Уточняю, восстановлен Михаил Петрович был в 2004 году на должность всё того же начальника УВД на Львовской железной дороге. Во время проведения выборов 2004 года, управление на транспорте политикой не занималось, паспортов и открепительных талонов от сотрудников никто не требовал (как это, по слухам, было в УВД Львовской области, которым в то время руководил господин Сало) и никаких особых претензий к генералу Янковскому за нарушения на выборах не возникло. Его в отличие от Сало никто не увольнял. Да и должность начальника транспортного управления уже не генеральская. Просто через некоторое время ему предложили что-то другое. Не знаю, что конкретно, да и не столь это важно. Должность в транспортном управлении занял другой генерал милиции – Василий Рябошапко. Про него ничего особого сказать не могу, так как с ним я уже не работал. Ранее он был начальником налоговой милиции области, потом побыл и начальником УВД области, но, как говорится, перерос себя в этой должности и с удовольствием возглавил транспортное управление на полковничьей должности. Ведь звания никто его при этом не лишает (также как и Янковского). Естественно, как это часто бывает, за каждым начальником тянется его команда, сотрудники с которыми начальник работал на прежней должности, начиная от водителей и заканчивая заместителями. Это только «варяги» не имеют возможности тянуть за собой команду. Свою команду имел Янковский, своя команда и у Рябошапко.
Теперь, когда в очередной раз, Янковский уселся в кресло начальника УМВД на Львовской ж.д., он тоже стремится поставить на руководящие посты своих людей. Естественно, что для этого нужно освободить им места. Поэтому некоторых руководителей начинают потихоньку копать в зад, кого заслуженно, кого и не очень заслужено снимают с должностей. Ничего хорошего в этом нет, но здесь ничего нового и ничего «антиреволюционного», как это пытается представить Омар Узарашвили. Он пишет: «Повернувшись до Львова, Михайло Янковський почав керувати лінійною міліцією з того, що запросив у кадровиків списки всіх офіцерів, які прийшли на службу в часи, коли МВС керував Юрій Луценко. Цих офіцерів для початку позбавили додаткових грошових забезпечень, а потім просто почали звільняти з роботи, хоча конкретних претензій по службі не висували. Керівник однієї зі служб управління, який просив не називати його прізвища, розповідав: “Генерал Янковський викликав мене до себе в кабінет і сказав, що на мою посаду має свого кандидата. Чим не задовольняю я, не пояснив. Лише по-панськи кинув: “Ми вам щось підшукаємо...”. Кількох керівників провідних служб управління взагалі позбавили посад, коли ті були у відпустках чи на лікарняних. Причому робилося це дивними для правоохоронної системи методами. Люди з нової команди відчиняли кабінети відсутніх офіцерів, відчиняли їхні сейфи, викидали за пороги кабінетів мундири та особисті речі». Я, конечно, могу назвать всех офицеров, интересы которых представляет господин Узарашвили. Я даже вполне согласен с тем, что подобный произвол не допустим. Но я категорически против того, как это делает Краб. Причём здесь Луценко? Он что назначал сюда своих однопартийцев или родственников? Нет, конечно. А причём здесь тоже упоминаемый в статье «колхозник» - Цушко. Ведь в МВД он уже давно не у дел. Во всяком случае к теперешним пертурбациям во Львовской транспортной милиции он не имеет никакого отношения.
Рискну сделать предположение, что заинтересованный материально попавшими под раздачу офицерами Омар рассчитывает на определённый резонанс, обусловленный предстоящей сменой правительства в стране. Только ведь вот в чём вопрос: правоохранительные органы у нас в стране должны находиться вне политики. Так, что в случае если снятые со своих должностей сотрудники, считают, что с ними поступили не законно, они имеют возможность отстоять свою правоту в суде. Кстати во время моей службы я неоднократно был свидетелем таких случаев. Ни нечего лишний раз «гнать волну»
